Координационный совет организаций российских соотечественников Туниса Conseil des organisations des compatriotes Russes de Tunisie

Напишите нам





История диаспоры

Автор: Наталия Купча, 2014 г. «Тунис. Вклад российских соотечественников в культуру и науку зарубежных стран»

Сегодня в сознании большинства наших соотечественников Тунис – это курортный отдых, море, финики, а еще древний Карфаген, разрушенный по требованию Маркa Порция Катонa. Вероятно многие не знают, что Россию с этой небольшой североафриканской страной связывают особые исторические узы.

Tунисский город Бизерта, pасположенный на самом севере африканского континента, — один из древнейших городов Средиземноморья. На протяжении всей своей истории город притягивал пришельцев своим выгодным географическим положением в центре Средиземноморского бассейна. Попутные ветры часто заносили в Бизерту с ее удобной природной гаванью корабли с мореплавателями, торговцами и завоевателями.

Первым россиянином, посетившим (с тайной разведывательной миссией) эту провинцию Османской империи, стал в 1776 году русский путешественник, писатель и морской офицер, участник легендарной Чесменской битвы Матвей Григорьевич Коковцов. Пробыв несколько лет на севере Африки под видом русского купеческого поверенного и французского туриста, Коковцов возвратился в Россию, где издал путевые записки под названием «Описание Архипелага и Варваринского берега… с присовокуплением древней истории…». Так в России узнали о Тунисе.

…Однако , в начале 1920-х годов численность русской диаспоры в Тунисе внезапно выросла более чем в шестьдесят раз.

Большая часть бывшей сухопутной белой армии обосновалась на греческой, болгарской и югославской земле, а затем рассеялась по миру. Судьба русского флота сложилась иначе. 1 декабря 1920 года французское правительство, соблюдая  обещание Врангелю, взяло русские корабли под свою опеку.

Уже 8 декабря 1920 года первые русские корабли начали покидать Константинополь, взяв курс на французскую военно-морскую базу в тунисской Бизерте. В середине февраля 1921 года прибыла вся эскадра – 33 корабля, имевшие на борту почти 6 тыс. человек, в том числе эвакуированный из Севастополя в полном составе Морской кадетский корпус,- бросили якорь в военной гавани Сиди-Аб-Далла близ Бизерты. Это были остатки сил генерала Врангеля, покинувшие Севастополь после поражений в боях с Красной Армией. С согласия французских властей, Тунис в те времена был французским протекторатом, корабли бросили якоря в местной гавани.

Так началась история русской колонии в Тунисе. Верные присяге русские моряки,  несколько лет продолжали нести вахту и жить на кораблях. На борту своим чередом шла служба, даже работала школа для детей. Она официально называлась «Прогимназия бывшего линейного корабля «Георгий Победоносец».

Но Бизертская эскадра была обречена. В октябре 1924 года, когда Франция признала правительство большевиков, с кораблей был спущен Андреевский флаг. Еще примерно шесть лет на рейде Бизерты маячили силуэты российских судов, пока их не разрезали на металлолом. 29 октября 1924 г. последняя эскадра Императорского флота России прекратила свое существование. Oстатки военных и гражданских лиц, жившиx на кораблях, сошли на берег и оказались в сложной ситуации. Прием на французский флот для русских был закрыт, и даже на каботажном судне беженец не мог быть командиром. Женщинам предлагались места гувернанток, экономок или прислуги.

Так в Тунисе появилась русская диаспора. Из доклада представителя русского Красного Креста П.П. Перфильева, побывавшего в Бизерте летом 1921 года, было ясно, что по своему составу контингент эскадры не был исключительно военным. Наполовину он состоял из крестьян, казаков и рабочих; остальные – это офицеры флота, члены их семей.

 Вице-адмиралА. М. Герасимов возглавил Морской кадетский корпус, организованный при поддержке французских властей в 1921 году в трех километрах от Бизерты в старом французском форте на горе Эль-Кебир из прибывшeго с эскадрой Севастопольскoго морского корпусa. Эта была своеобразная возможность служить России даже на чужбине. Морской корпус, существовавший в России с 1701 года, был детищем Петра I. Сначала в Москве под названием Школа математических и навигационных услуг, а затем в Петербурге уже как чисто морское учебное заведение. Его слушателей именовали гардемаринами и кадетами. Со временем оно получило имя Морского корпуса, которым обозначали и само училище, и его состав. Во время гражданской войны большая часть его офицеров и курсантов сосредоточилась в белой армии. Они воевали и у Юденича, и у Колчака, и у Деникина, а в конце концов нашли убежище под командованием Врангеля в Крыму. Вот, таким образом Морской корпус и попал в число эвакуировавшихся из Севастополя.

В своем роде это учебное заведение было абсолютно уникальным. Ему удалось сохранить традиции русской военно-морской школы и дать воспитанникам, многие из которых оказались сиротами, прекрасное образование. В 1925 году, после установления дипломатических отношений между СССР и Францией, корпус закончили последние две кадетские роты, уже набранные в Бизерте. Триста выпускников Морского корпуса в Бизерте получили возможность продолжить образование во Франции, Чехии, Бельгии, Югославии.

Известна роль русского контр-адмирала, командующего русской эскадрой  М.А.Беренса (1879-1943). Находясь в качестве командующего русской эскадрой в Бизерте, он обеспечил ремонт кораблей, сохранение основного состава и продолжение обучения гардемарин в морском корпусе вплоть до разоружения эскадры после признания Франциeй СССР в октябрe 1924 года. Остался в Тунисе, принимал активное участие в делах местного отделения Военно-морского союза.

Вместе с эскадрой в Бизерту прибыл и Н.А.Монастырёв (1887-1957) — капитан второго ранга, морской писатель и историк флота. В 1921-23 годах основатель и редактор «Бизертинского морского сборника». После переезда в Табарку написал несколько интересных исследований по истории русского флота, которые в 30-е годы были изданы во Франции.

Немало других наших соотечественников также внесли свой вклад в жизнь и культуру Туниса. Приведем в качестве примера несколько фамилий в алфавитном порядке.

Бологовской Владимир (1870 – 1950) — врач-эпидемиолог, награждён орденом Нишан Инфтикар и медалью за борьбу с эпидемиями. Местное население почитало его как «марабу» – святого.

Васильев Александр (1875 – 1945) – врач. В 1931 г. Лауреат Нобелевской премии, директор Института Пастера в Тунисе Шарль Николь поручил ему руководство лабораторией чумы. А.Васильев занимался также исследованием малярии.

Козьмин Михаил (1901 – 1999) — архитектор и урбанист. Жил в Тунисе с 1946 г. В 1953–1955 гг. участвовал в строительстве православной церкви Воскресения Христова, а также несколько других зданий и архитектурных ансамблей. Руководил реставрацией русской церкви Александра Невского в Бизерте, пострадавшей во время Второй мировой войны.

Лагадовский Владимир (1895 – 1983) — поручик артиллерии, в Бизерту прибыл с Русской эскадрой. В Тунисе инженер-строитель, открыл архитектурное бюро. Выполнял проекты для новых кварталов г.Туниса, здания Трибунала в г.Громбалья, консервного завода близ города и др. Сотрудничал с архитектором К.В.Левандовским. Был ответственным за строительство русской церкви Воскресения Христова в г.Тунисе.

Левандовский Кирилл, (1899 – 1967) — архитектор. Участник Гражданской войны. Эвакуировался в Константинополь, потом во Францию. Участвовал во Второй мировой войне, после которой работал архитектором в Тунисе. Автор проекта нескольких зданий и престижных отелей в Тунисе, построенных в начале туристического бума в стране: «Сахара Палас» в Нефте, отель «Улисс» на Джербе, здание страховой компании СТАР.

Полетаев Николай (1908–1955) — агроном. Окончил Высшую школу сельского хозяйства в Гриньоне. Занимался научными поисками в СБАТ – см. его «Исследование сокращения травяного покрова в Тунисе», Бюллетень Академии сельского хозяйства, 5.03.1952.

Но главным стержнем, вокруг которого группировалась русская колония в Тунисе, было, конечно, православие. Еще в 1921 году на кораблях Русской эскадры в Бизерту прибыли тринадцать православных священников. Наиболее выделялся среди них отец Георгий Спасский, который, согласно французским архивам, уже с 1921 года начал переписку с властями Франции о создании в Тунисе русского православного прихода.

Первое время церковные службы проходили на специально оборудованной для этих целей палубе «Георгия Победоносца», а также в стенах Морского корпуса. В 1922 году домашняя церковь, получившая название Воскресения Христова, появилась и в столице Туниса. После расформирования Русской эскадры в 1924 году корабельная церковь с «Георгия Победоносца» была перенесена в снятую квартиру в Бизерте, в одной из комнат которой и происходили службы. Православный приход, образовавшийся в Тунисе, находился под опекой не Московского патриархата, а Русской православной церкви за рубежом (так называемой Карловацкой).

25 января 1937 года колониальные французские власти специальным указом разрешили создание Ассоциации православных Бизерты во главе с капитаном первого ранга Г.Ф. Гильдебрандтом. 

Осенью 1937-го на собранные русскими эмигрантами средства началось (по проекту и под руководством военного инженера Н.С. Сухаржевского) строительство храма, который по замыслу его создателей должен был стать своеобразным памятником Русской эскадре. Назвать храм решили в честь покровителя российского воинства, князя Александра Невского.

В середине 1938 года в храме Святого Благоверного князя Александра Невского, первым настоятелем которого стал  протоиерей Иоаникий Полетаев, начались церковные службы.

В 1953 году русская православная община получила от властей право на строительство второго православного храма, на этот раз в городе Тунисе. К 1956 году строительство было завершено, и в столице страны проявился храм Воскресения Христова.

Добросовестность русских людей, готовность довольствоваться скромным были оценены окружающим их разнородным обществом, в том числе в тунисской деревни, где русские работали землемерами или надзирателями. Слово «русси» не было обидой на устах мусульманина, но скорей рекомендацией.

Оказавшись на чужбине, в стесненных жизненных условиях, русские не растеряли своего культурного багажа, не стали безликими. Их души тянулись к родной песнe, и везде, где селились беженцы -на кораблях, в городах — стихийно рождался хор. Иногда даже говорили: «Два англичанина — футбол», «двое русских — хор».

Привезенные с родины партитуры Гречанинова, Архангельского, Чеснокова открыли местному обществу русскую классику. Немало бизертской молодежи тех лет брали уроки музыки у русских преподавателей.

Нередко музыкантам приходилось играть по скорбным поводам, на траурных процессиях, при проводах умерших соотечественников до европейского кладбища. Однажды оркестр провожал верного вестового адмирала Герасимова, татарина-джигита Хаджи-Меда. На местном мусульманском кладбище его похоронили с воинскими почестями как Георгиевского кавалера, и мусульманское население Бизерты было удивлено и тронуто тем, как русские проводили в последний путь солдата-мусульманина.

К концу 20-х годов большинство эмигрантов разъехались по разным странам: в Тунисе осталось не более 1000 человек. Их можно было встретить везде: на общественных работах, в аптеке, в кондитерских, кассирами и счетоводами в бюро.

Среди наших соотечественников, оставивших свой след в культуре Туниса, выделяется Александр Рубцов. Он не был эмигрантом в буквальном смысле этого слова. Уроженец Петербурга, он учился в Императорской Академии художеств и как лучший студент был послан на стажировку в средиземноморские страны. Во время своего путешествия он попал в Тунис, в 1915 году поселился и жил в этой стране до своей кончины в 1949 году. На тунисской земле бывший петербуржец нашел для себя то, что искал в бесчисленных странствованиях по России и странам Средиземноморья — идеальный уголок для творчества. «Яркость солнца, как писал художник в своем дневнике, изысканная световая гамма, сочетающая вечную зелень с охрой пустыни и бесчисленными оттенками морской бирюзы, пленили мое воображение.»

Но не только красоты и богатство природы притягивали россиянина. Пристроившись где-нибудь в сахарском оазисе под сенью пальм, он рисовал окружающих людей: бедуинов, торговцев, завсегдатаев старинных мавританских кофеен. Рубцов оставил целую серию народных, как критики назвали, «этнографических» портретов. Под ними художник обычно подписывался по-арабски — «Искандер Рубцоф». Фанатически привязанный к своей работe, Рубцов вел жизнь полу-отшельника. Местным жителям, своим тунисским соседям он запомнился как человек с окладистой бородой, одетый в черное и зимой, и летом, в сандалиях на босу ногу. За это его окрестили  «русским дервишем». После кончины Рубцова осталось около 3000 картин, рисунков, натюрмортов, портретов и других работ, в том числе большое настенное панно в Торговой палате города Туниса. В современном Тунисе его считают тунисским художником.

В кругах творческой элиты Туниса отмечают и другого россиянина – Георгия Николаевича Горчакова (1902-1995гг.), названного тунисцами Абдельмалеком. Оказавшись в Тунисе в послереволюционные годы, он благодаря небольшой стипендии поехал учиться в Европу. В Париже встретил композитора Прокофьева, которого знал еще на родине. Горчаков провел 10 лет вместе со знаменитым мэтром, играл с ним на концертах и гастролях по всей Европе. Великий композитор вернулся на родину, а Горчаков решил не расставаться с Тунисом. Он поселился в одном из дворцов бея-правителя страны и давал уроки для детей его семейства. Горчаков прослыл не только прекрасным исполнителем и сочинителем музыки, но и энциклопедически образованным человеком.

В начале 20- годов Владимир Христофорович Футлин (1896-1989гг.) и Мария Дмитриевна Дебольская (ум. 1986 г.) попали в Тунис. В центре Туниса ими была открыта балетная школа, которая просуществовала более полувека. Футлин и Дебольская, оказавших в эмиграции, танцевали во многих городах Франции и в разных странах. Во время их гастролей началась эпидемия холеры, из-за карантина они не смогли вернуться в Европу и решили остаться в Тунисе. До эмиграции Мария Дебольская танцевала в Мариинском театре в Петрограде, а Футлин танцевал в Москве. В тунисской столице , во многом благодаря музыкальным и артистическим способностям эмигрантов Футлина и Деболькой , проходила довольно оживленная культурная жизнь. В конце каждого учебного года они со своими учениками устраивали грандиозные спектакли в столичном театре. И это было событием.

Одним из главных светских событий для столичной публики был ежегодный бал, который давался «Союзом русских ветеранов». Кроме того, лауреат Санкт-Петербургской консерватории и бывший дирижер императорской капеллы И. М. Шадрин самостоятельно сформировал хор в сорок певцов и ездил с концертами по всей стране, причем успех выступлений был огромен, а залы не вмещали всех желающих.

Татьяна Матьюз почти сорок лет работала корреспондентом Би-би-си (с начала 60-х годов) по Северной Африке и жила в Тунисе. Ежедневно она готовила материалы для английской, арабской и русской секции Би-би-си. В первые дни 1999 года по Би-би-си прошел материал о русской колонии в Тунисе, который подготовила Татьяна Матьюз. Она автор трех книг. В 1997 году ей в торжественной обстановке был вручен орден Британской империи. Она умерла в Тунисе в возрасте 85 лет.

Владимир Шумович флотский офицер, ставший в Тунисе неутомимым исследователем местной фауны и флоры, организовавший три зоологическо-ботанические экспедиции в Сахару. Один из музеев в городе Метлави в тунисской Сахаре носит имя В. Шумовича.

Профессор В.К. Агофонов был одним из авторитетнейших почвоведов своего времени, которым по праву гордится отечественная наука. В Северной Африке он проработал не один год. Изучал местные почвы, составлял почвенные карты (в том числе и Туниса): ими пользуются в странах Магриба и до настоящего времени.

Одним из примеров научных достижений русских исследователей является научная работа и практическая деятельность биолога, хирурга и терапевта Александра Тихоновича Васильева, кроме Туниса он работал в Ливии и Сенегале. А. Тихонов открыл новые методы борьбы с чумой в условиях тропиков и субтропиков, благодаря применению котoрых вспышки страшной болезни пошли на убыль.

Во время Второй мировой войны в Северную Африку немцами было переброшено более 20 тыс. советских военнопленных, которые в неимоверно трудных условиях занимались строительством дорог и фортификационных сооружений для корпуса генерала Роммеля, разгромленного впоследствии союзными войсками. Большая часть военнопленных навсегда остались в Северной Африке.

Память о русской колонии в Тунисе выжила во многом благодаря усилиям Анастасии Александровны Ширинской

В 1921 году будучи восьмилетней девочкой, а в преклонные годы став непререкаемым лидером, сердцем, душой и символом русской диаспоры в Тунисе. А.А.Ширинская была единственной свидетельницей реальной жизни русских беженцев, пришедших в Тунис с Русской эскадрой. Судьба А.А.Ширинской – это судьба первой волны русской эмиграции. Она помнит слова отца, морского офицера, командира миноносца «Жаркий»: «Мы унесли с собой русский дух. Теперь Россия – здесь».

Всю жизнь она прожила в Бизерте, где полвека преподавала математику в местном лицее. Однако никто не смог заставить ее забыть родину – Россию, она прекрасно говорила на правильном русском языке, великолепно знала русскую историю и культуру. В свое время она одна из немногих русских эмигрантов отказалась от французского гражданства.До конца жизни Анастасия Ширинская не принимала зарубежного гражданства и называла себя «беженкой». В итоге А.А. Ширинская была по достоинству отблагодарена за верность своей стране – в 1999 году ей было предоставлено гражданство Российской Федерации и она впервые после эмиграции посетила Россию. В первую очередь она побывала в городе морской славы Кронштадте, где служил ее отец, а затем передала уникальные архивы русского флота Центральному военно-морскому музею, а в Казанский кафедральный собор Санкт-Петербурга — исторический Андреевский флаг.

Тунисские кинематографисты в 90-х годах сняли документальный фильм «Анастасия из Бизерты», посвященный Ширинской. За вклад в развитие культуры Туниса она, истинно русская женщина, была удостоена тунисского государственного ордена «Командора культуры».

В 2006 году муниципалитетом г.Бизерт было принято решение назвать ее именем одну из площадей. «Вы – пример твердости духа и убеждений, гражданского мужества и нравственной силы», – такие слова можно прочитать в поздравительной телеграмме А.А.Ширинской от президента России В. В. Путина в 2007 году.

Усилиями А,А.Ширинской в Тунис вернулось и православие. В какой-то момент возникла опасность, что по местным законам храмы закроют как заброшенные. Тогда А.А. Ширинскaя вместе с Ириной Владимировной Мартино — Аллардт, дочерью русских эмигрантов, не церковным человеком, общими усилиями отвоевали у местных властей обе православные церкви в Тунисе. Храмы действуют благодаря только им. Господин Аллардт в 1971 году был послом Федеральной республики Германии в СССР. Xудожник А.Шилов писал портреты с Ирины Владимировны , этой красивой русской женщины. В 1990 году она обратилась к Патриарху Московскому и всея Руси Пимену с просьбой направить в Тунис священника из России. Как следствие, в 1992 году два православных прихода Туниса были приняты в лоно Русской Православной Церкви. Именно, благодаря кипучей деятельности этой поистине героической женщины, русский очаг в Тунисе был сохранен.

В 2004 году Московской патриархией А.А. Ширинскaя удостоена награды за деятельность по cбережению русских морских традиций, за заботу о храмах и могилах русских моряков и беженцев в Тунисе. А.А. Ширинской был вручен патриарший орден «Святой равноапостольной княгини Ольги», которая сеяла на Руси семена веры Православной.

В знак признания ее заслуг в развитии российско-тунисских отношений,  А.А. Ширинская была награждена в 2003 году орденом Дружбы.

В 2005 году за книгу-воспоминания «Бизерта. Последняя стоянка», вышедшую в серии «Редкая книга», -Анастасии Александровне была вручена специальная награда Всероссийской литературной премии «Александр Невский», которая называется «За труды и Отечество». Именно этот девиз был выгравирован на ордене Святого Александра Невского, учрежденном Петром I.

А.А. Ширинской-Манштейн скончалась 21 декабря 2009 года в г. Бизерт на 98-м году жизни. Соболезнования в связи с кончиной выразил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Благодаря поддержке благотворителей из России был открыт «Дом Ширинской» — музейное собрание фотографий, документов, икон, вещей, связанных с русским флотом. Был выпущенный альбом «История русской эскадры в Северной Африке» и сообщил, что создан Фонд сохранения наследия русской эмиграции в Тунисе, который носит имя этой замечательной женщины-подвижницы.

Настоятелем тунисских храмов, построенных на средства первой волны эмигрантов был назначен священник протоиерей Димитрий Нецветаев. С его приездом началось подлинное возрождение церковной жизни в Тунисе. Храм Воскресения Христова распах-нул свои двери не только для эмигрантов первой волны, но и для соотечественников, уехавших в Тунис позднее; сегодня приход в Тунисе окаймляет духовно не только русских, но и болгар, сербов, румын, палестинцев. Со своей стороны, выступающие с позиций «светского ислама» тунисские власти не препятствует деятельности православных приходов в стране.

Возрождение православия в Тунисе послужило сигналом к общему оживлению жизни русской диаспоры в этой стране в конце XX – начале XXI веков. Этому способствовало и усиление российско-тунисского сотрудничества. Так, в 1996 году в связи с празднованием 300-летия Военно-морского флота в Бизерту из Севастополя пришла Черноморская эскадра. Символично, что с собой моряки-черноморцы привезли горстку земли, взятую у входа во Владимирский собор, где в 1920 году русские моряки, уходившие от родных берегов на Бизерту, получили последнее благословение.

В апреле 1999 года на средства русской колонии в Тунисе на христианском кладбище Бизерты был открыт памятник с мемориальной доской на русском и французском языках, надпись на которой гласила: «В память о моряках русской эскадры и всех российских людях, покоящихся в тунисской земле».

Спустя еще два года, в 2001, в ходе визита в Тунис ракетного крейсера «Москва» на кладбище Боржель было произведено торжественное перезахоронение последнего командующего эскадрой Императорского флота России контр-адмирала Михаила Беренса. 

Наконец, в мае 2002 года в храме Воскресения Христова в Тунисе была установлена Мемориальная доска в память о русских военнопленных, которые погибли в годы Второй мировой войны на территории Туниса и Ливии.

Оставленное культурное наследие «белой» русской эмиграцией стало солидной базой для новых выходцев из Советского Союза.

В 60-70-х годах, когда из первой волны русских эмигрантов в Тунисе почти никого не осталось, в Бизертe, других городах и селениях страны вновь зазвучал русский язык. Сотни молодых тунисцев после учебы в бывшем СССР, возвратились на родину, многие вместе со своими женами — нашими соотечественницами.

Тунисское общество с интересом и благожелательностью восприняло иностранцев: видимо, сказывается менталитет тунисцев, исторически впитавших в себя разные культурно-духовные веяния .

Вдали от дома, по приезду наши соотечественницы чувствовали к себе отношение со стороны посольства и других учреждений как к «отрезанному ломтю,» — последствия клише советской эпохи. Оторванные от родины, они жили как-то разрозненно. С началом перестройки и исчезновением СССР у многих наших соотечественниц возник казус: к какой стране и национальности себя причислять. Ведь многие русские женщины родились или были прописаны в разных республиках. Там же остались их близкие, родственники. Ведь в Тунисе не представлены посольствами многие страны СНГ.

В Тунисе действует Российский центр науки и культуры (РЦНК), при котором активно работают художественная, балетная и музыкальная школы. На сцене центра проходят концерты и спектакли детской самодеятельности, конкурсы рисунков и викторины, новогодние елки. /с декабря 2018 года в здании РЦНК в Тунисе ведется комплексный капитальный ремонт/

В 2002 г. активными женщинами уроженками России и других республик бывшего Советского Союза, проживающих долгие годы в Тунисе был создан клуб российских соотечественников «Жаркий», который носит название в честь миноносца «Жаркий», которым командовал отец АА. Ширинской.

Цель клуба добрая: сохранять духовные и культурные связи с Россией, вместе отмечать национальные праздники России и Туниса. Держаться друг друга, дружить, помогать в беде и делиться радостью, сохранять наши традиции и передавать нашу культуру детям, тунисским друзьям и грядущим поколениям, нести русское слово, и тем самым поддерживать а авторитет и позиции русского языка и культуры нашей исторической Родины.

В Тунисской республике по неофициальным данным проживает около 4 тыс. русскоговорящих женщин и это количество постоянно пополняется за счет вновь прибывших туристов, которым полюбилась эта страна. Российская диаспора Туниса является многочисленной и самой многонациональной. Клуб действует под эгидой Российского центра науки и культуры при поддержке посольства Российской Федерации в Тунисе и является общественной национальной ассоциацией.

Представители русской колонии продолжают сохранять связи с Россией, дети от смешанных браков хорошо говорят по-русски. Немало наших соотечественников занято в различных сферах частного бизнеса, науки и производства и имеют благодаря своим деловым и профессиональным качествам высокую репутацию. Соотечественники участвуют в российско-тунисских научных конференциях, выставках, музыкальных и кино фестивалях, церемониях памяти российских моряков, захороненных на тунисской земле и т. д. Активом Клуба регулярно проводятся литературные, поэтические и музыкальные вечера, организуются экскурсии и поездки по стране, отмечаются как российские, так и тунисские праздники.

Координационный совет организаций российских соотечественников Туниса
Вы пользуетесь устаревшей версией браузера!

Данная версия браузера не поддерживает многие современные технологии, из-за чего многие страницы отображаются некорректно, а главное — на сайтах могут работать не все функции. Устаревшый браузер

×